Тайная жизнь Уолтера Сикерта

Тайная жизнь Уолтера Сикерта

     "Портрет убийцы: Джек Потрошитель, дело закрыто” – так называется книга известной американской писательницы, автора детективов Патриции Корнуэлл, закончившей недавно собственное расследование этого уголовного дела.

   По данным английской полиции, своё первое преступление Джек Потрошитель совершил 31 августа 1888 года, а последнее, пятое, – двумя месяцами позже 8 ноября того же года. Но и после этого случались подобные по жестокости преступления. Убийцу так и не нашли, хотя подозреваемых было предостаточно, начиная с бедняков и кончая знатными аристократами.

   По мнению Корнуэлл, этим жестоким преступником был известный английский живописец Уолтер Сикерт (1860–1942).

Кто он?

   Уолтер Сикерт родился в Мюнхене 31 мая 1860 года. Его мать британка, а отец датчанин. Освальд Сикерт работал художником-иллюстратором в немецком юмористическом журнале. В 1868 году семья Сикертов эмигрировала в Великобританию.

   После школы Уолтер решил не поступать в университет, не было денег. Он с раннего детства мечтал пойти по стопам отца и стать художником, но Освальд, влачивший жалкое существование и хорошо знавший, как тяжела жизнь художника, уговорил его этого не делать. Вместо живописи Уолтер два года, с 1879-го по 1880 год, не без успеха играл в театре Генри Ирвинга под псевдонимом мистер Немо (в переводе с латинского языка – господин Никто).

   В мае 1880 года состоялась встреча, изменившая всю жизнь Уолтера. Он знакомится с известным американским художником Джеймсом Уистлером и под его влиянием бросает театр и посвящает всё своё время живописи. Впервые зрители увидели его картины в картинной галерее Общества изящных искусств уже в следующем году.

   В апреле 1882 года Уолтер с рекомендательными письмами от Уистлера везёт в Париж картину своего учителя "Портрет матери художника”. Во французской столице он знакомится с Манэ и другими известными импрессионистами.

   В 1885 году Сикерт женится на дочери либерального политика Эллен Кобден, которая была старше его на двенадцать лет.

   Сикерт быстро завоёвывает авторитет в мире живописи, его работы часто выставляются в Лондоне и Париже. Но в семье у него всё было плохо. В 1896 году Эллен ушла от супруга, подозревая его в многочисленных изменах.

   Осенью 1898 года Сикерт закрыл лондонскую студию и отправился в любимую Францию. Он долго жил в окрестностях Дьеппа, в городке Невилль, в доме торговки рыбой по имени Августина Виллейн.

   Сикерт женится ещё дважды. На похоронах второй жены Кристины он неожиданно для всех погрузил руки в урну с её прахом и поднял их вверх. Прах полетел в лица и на одежду пришедших на похороны его друзей.

   Вернувшись в Англию в феврале 1905 года, Сикерт купил две студии. В этот период и появляются все его картины, на которых, по мнению Корнуэлл, изображены жертвы из Уайтчепела. В это время он рисовал пивные в Кэмден-тауне, преподавал живопись в школе искусств и организовывал выставки в Лондоне и Париже.

   В 1941 году его заслуги перед британским искусством были отмечены персональной выставкой в лондонской Национальной галерее. Умер Сикерт 22 января 1942 года.

Подозреваемый

   Впервые имя британского живописца попало в списки подозреваемых в деле Джека Потрошителя через сто лет после самих лондонских убийств. Нового подозреваемого в 1976 году назвал в своей книге "Джек Потрошитель найден” Стивен Найт. К такому сенсационному выводу он пришёл после разговора с неким Джозефом Сикертом, утверждавшим, что он якобы является незаконным сыном Уолтера. Родился Джозеф в октябре 1925 года, когда отец находился уже в преклонном возрасте шестидесяти пяти лет.

   Перед самой смертью Уолтер Сикерт признался сыну, что в его жилах течёт королевская кровь, что он ненавидит проституток и что знаменитым серийным убийцей был он. После выхода книги Найта Джозеф Сикерт, однако, взял назад свои слова об убийствах.

   Вторая книга, поколебавшая авторитет Сикерта, вышла в 1990 году. Её автор Джин Фуллер узнала о страшном прошлом известного живописца от своей матери. Она была близкой подругой Флоренс Паш, художницы, тридцать лет дружившей с Сикертом.

   Почти четверть века, до того, как за дело взялась Патриция Корнуэлл, считалось, что Уолтер Сикерт никого не убивал, а просто пытался выгородить настоящего убийцу, непутёвого внука королевы Виктории, герцога Кларенса.

   Но миссис Корнуэлл утверждает, что Сикерт не покрывал убийцу, а сам хладнокровно убил Полли Николс, Энни Чапман, Элизабет Страйд, Катерину Эддоус и Мэри Келли.

   На Сикерта писательница вышла случайно. Готовясь к работе над новым романом, в котором её героиня Кей Скарпетта должна расследовать преступление столетней давности, она тщательно изучила все материалы, относящиеся к делу Джека Потрошителя, и пришла к выводу, что серийным убийцей был Уолтер Сикерт. Корнуэлл обратила внимание на Сикерта после того, как увидела несколько мрачных картин и набросков, написанных им в 1908–1909 годах, где изображались проститутки – на одних живые, на других явно мёртвые, а рядом неизменно одетый господин, который их, судя по всему, и убивал.

   Живописец назвал серию "Убийство в Кэмден-тауне”. Так же назывался столичный район, где он жил и где 12 сентября 1907 года в доме 29 по Сейнт Пол роуд была найдена мёртвой в своей постели проститутка Элизабет Димок.

   Корнуэлл заметила, что на кэмденовских полотнах Сикерта многие детали удивительно напоминают детали убийств Джека Потрошителя. Например, комната на одной из них как две капли воды похожа на комнату, в которой нашла свою смерть последняя, по мнению полиции, жертва страшного убийцы, Мэри Келли, единственная из женщин, погибшая в постели, а не на улице. У её кровати на картине так же, как у кровати Келли, деревянное изголовье, тогда как на других полотнах Сикерта изголовья металлические. Убитая лежит в той же самой позе, в какой нашли Мэри Келли.

   Параллели между убийством Димок и Келли очевидны. Обе были женщинами лёгкого поведения, обеих убили в постели, перерезав горло; обе жили в бедных районах британской столицы.

   На другой картине Сикерт изуродовал лицо жертвы маньяка точно так же, как это сделал Джек Потрошитель с лицом Катерины Эддоус: жемчужные бусинки очень напоминают капли крови на перерезанном горле.

   По мнению Корнуэлл, Элизабет Димок убил не Роберт Вуд, несправедливо осуждённый за это преступление, а ненавидевший женщин и особенно проституток Сикерт.

Зачем он это делал?

   Психологи утверждают, что подавляющее большинство серийных убийц после совершения преступлений обязательно уносят с собой какой­-нибудь сувенир, чаще всего предмет одежды жертвы. Корнуэлл, изучавшая психологию серийных убийц, считает, что таким сувениром для Сикерта стали кэмденовские картины.

   Сикерт, уверенно заявляет она, никогда не рисовал то, чего не видел. В чём­ в чём, а в уме и хитрости ему не откажешь. Если бы он начал рисовать убитых проституток, когда лондонцы ещё не пришли в себя от реально убитых женщин, то его наверняка бы заподозрили в убийствах.

   Доказательств вины британского живописца, подобных этому, Корнуэлл нашла немало. Она перечитала все биографии своего подозреваемого, долго работала в архивах и действительно раскопала много интересного.

   К примеру, в воспоминаниях одного поклонника Сикерта Патриция прочитала, что во время работы над картинами кэмденовской серии художник держал у себя в студии якобы для вдохновения красный платок. Это тот самый платок, считает писательница, который, по словам свидетелей, Мэри Келли незадолго перед смертью подарил неизвестный мужчина и которого на месте преступления так и не нашли.

   Свидетели описывали мужчину, которого видели с жертвами незадолго до убийств, каждый раз по-разному. На это Корнуэлл возражает, что влюблённый в театр Сикерт в юности пробовал свои силы на сцене и умел ловко менять свою внешность.

   После убийств маньяк быстро исчезал с места преступления. У Сикерта в Уйатчепеле были три студии, грязные и убого обставленные комнатушки, о которых почти никто не знал и где он мог в случае необходимости быстро спрятаться.

   С одной стороны, художник любил работать в одиночестве, никого не приглашал к себе в гости и даже открывал дверь, лишь услышав условный стук. С другой – они были очень кстати для Джека Потрошителя, когда ему приходилось исчезать после очередного убийства.

   Сикерт нередко исчезал на несколько дней или даже недель. При этом никто, даже жена или самые хорошие друзья, не знал, где он пропадал. Несколько раз он, к примеру, приглашал близких знакомых на обед или ужин, а сам на него не приходил. Ему нравилось ходить в гордом одиночестве в театры и бродить ночами напролёт по лондонским улицам.

   Психологический портрет Сикерта, утверждает Корнуэлл, мало чем отличается от общераспространённого портрета серийного убийцы. В детстве его часто бил отец, мальчик много плакал, постоянно капризничал и мыл руки.

   Ярость серийных убийц нередко вызывается испытанными в детстве травматическими событиями. Для Уолтера таковыми были перенесённые в детстве болезненные операции по удалению свища, как утверждал его правнук, на пенисе. Физическая ущербность, по мнению американки, и вызывала вспышки ярости, которые заставили двадцативосьмилетнего Сикерта убивать проституток.

   В этой ущербности он вполне мог обвинять "отравление крови”, которым его наградила бабушка, женщина довольно лёгкого поведения, и незаконнорождённая мать.

Доказательства

   Нельзя не обратить внимание на то, что все доказательства, собранные Корнуэлл, косвенные и носят умозрительный характер. Поначалу писательница думала, что за реальными доказательствами дело не станет. Она решила, что проще всего убедить скептиков в своей правоте при помощи ДНК Джека Потрошителя, полученного из написанных им писем, а ДНК Сикерта – из писем и личных вещей художника. Британские власти разрешили провести анализ писем Потрошителя, хранившихся в Государственном архиве в Лондоне. Корнуэлл за свой счёт привезла в Великобританию целую группу специалистов: графолога, судебного фотографа и специалиста по ДНК.

   В британской столице Патрицию, однако, ждала неудача. Оказалось, что для лучшей сохранности все документы, в том числе и письма знаменитого преступника, сотрудники архива закатывали под высокой температурой в полимерную плёнку. Эта процедура многократно увеличивает срок жизни документов, но губительна для ДНК. Как ни старались специалисты, найти ДНК на письмах им так и не удалось.

   Писательница воспрянула духом, когда узнала, что у бывшего сотрудника Скотленд­Ярда есть письмо Джека Потрошителя. И хотя ДНК не оказалось и на этом письме, на нём нашлась другая важная улика. Оно было написано на бумаге с водяными знаками "Пирри и сыновья”, крупной бумагоделательной фирмы, торговавшей в конце века бумагой и канцелярскими принадлежностями.

   В архивах Сикерта Корнуэлл нашла упоминание, что в 1888 году живописец пользовался именно этой бумагой. Сейчас, конечно, от такого доказательства вины обвиняемого защита не оставила бы и мокрого места, но сто лет назад, уверена писательница, его оказалось бы достаточно, чтобы отправить Сикерта на виселицу.

   Джек Потрошитель, по мнению Корнуэлл, самым внимательным образом проанализировавшей все 211 писем, которые приписываются убийце, был человеком образованным. Как раз таким, как Уолтер Сикерт. Интеллект его проявляется даже тогда, когда он старался создать впечатление неграмотности. Трудно представить, что необразованный кокни (житель лондонских трущоб), едва умевший писать и читать, будет пользоваться словом "головоломка”, станет подписываться словом "Математикус” или называть уродование своих жертв научным термином "кесарево сечение”.

   Сикерт же, по словам друзей и знавших его современников, был не только человеком образованным, но и имел все основания считаться гением. Не стоит забывать, что он был не только знаменитым живописцем, но и блестящим чертёжником, который, желая сразиться с детективами в интеллектуальной игре, вполне мог назваться "Математикусом”.

   Патриция Корнуэлл считает его самым оригинальным и находчивым из известных убийц…

   С ДНК вообще вышла странная история. Не удалось найти ДНК не только Джека Потрошителя, но и Уолтера Сикерта, которого после смерти кремировали. Охваченная следовательским азартом Корнуэлл купила тридцать две картины британского художника и его мольберт. Её не остановило даже то, что цена некоторых картин доходила до семидесяти тысяч долларов. Но ни на картинах, ни на мольберте Сикерт никаких следов не оставил. Впрочем, отсутствие следов, по её мнению, говорит об уме и хитрости этого человека.

   И всё же удача в конце концов улыбнулась Патриции. Если основных, так называемых ядерных, ДНК найти на письмах Джека Потрошителя не удалось, то криминалисты Корнуэлл обнаружили следы менее распространённых митохондриальных ДНК. Анализ установил близкое соответствие этих ДНК с писем убийцы и переписки Сикерта.

   Корнуэлл проделала громадную работу. Только библиографический указатель в конце её книги занимает тринадцать (!) страниц. Для сравнения заметим, что в самом крупном книжном интернетовском магазине всего восемьдесят три книги о Джеке Потрошителе, что в пять раз меньше, чем проштудировала американка. Расследование обошлось ей в шесть миллионов (!) долларов, но она считает, что её деловая репутация стоит и не таких денег.

   "Я на все сто процентов уверена, что Джеком Потрошителем, тем самым серийным убийцей, который летом­-осенью 1888 года убивал в лондонском районе Уайтчепел проституток, был Уолтер Ричард Сикерт, – без тени сомнения говорит Корнуэлл. – Настолько уверена, что готова рискнуть своей профессиональной репутацией”.

Рипперологи возражают

   Многочисленные рипперологи (специалисты по Джеку Потрошителю) встретили утверждения Корнуэлл в штыки. И некоторая часть их аргументов не лишена смысла.

   Многие картины Уолтера Сикерта имеют не одно, а два­-три названия. Одна из картин, к примеру, называется "Что нам делать с квартирной платой?” На кровати сидит мужчина с опущенными глазами и печально смотрит на пол. Рядом с ним лежит обнажённая женщина без признаков жизни, её рука покоится на его колене. Мужчина, возможно, является или её убийцей, переполненным угрызениями совести, или любовником, который нашёл труп и теперь горюет. Но второе название полностью меняет весь смысл полотна. Мужчина сидит и печально размышляет о своих финансовых проблемах, а жена или любовница лежит рядом и нежно гладит его колено, морально поддерживая его.

   Корнуэлл тоже обратила внимание на эту деталь. Она парировала возражения противников тем, что у Мэри Келли тоже были проблемы с оплатой жилья. На что получила логичный ответ, что такие проблемы были тогда у доброй половины лондонцев.

   Корнуэлл считает, что Сикерт не случайно рисовал на своих картинах убитых женщин. На картине "Дело в Кэмден-тауне” изображён мужчина, который угрожающе навис над обнажённой женщиной, лежащей на кровати. Женщина дрожит от страха и закрывает руками лицо. На полотне "Летним днём” мы опять видим всё ту же кровать с обнажённой женщиной. Рядом сидит молодой мужчина в головном уборе и пристально смотрит на неё сверху вниз.

   Противники Корнуэлл опровергают важнейший ее довод: если Сикерт так подробно описал убитых Джеком Потрошителем женщин, то он, несомненно, видел их, а видеть их он мог лишь в том случае, если сам был убийцей. Но оказывается, два полицейских снимка: Мэри Келли (сделанный на той самой кровати, на которую указывает писательница) и Катерины Эддоус, были напечатаны ещё в 1899 году, то есть за несколько лет до написания картин Сикертом. Французский профессор Жюль Лакассан поместил их в книге о Французском Потрошителе.

   Но если картины кэмденской серии никакого отношения к Джеку Потрошителю не имеют, то почему Сикерт сознательно провоцировал исследователей и придумал им такое название? Специалисты и биографы живописца утверждают, что сделал он это для обычного привлечения к себе внимания.

   Легко объясняется и слабость Сикерта к проституткам. Ненависть к женщинам и особенно лёгкого поведения здесь ни при чём. В те годы проституток часто рисовали и другие известные художники, такие, как Дега, Ренуар, Тулуз-Лотрек. При этом они не испытывали к ним ненависти. В конце викторианской – начале эдвардианской эпохи проституток легче было уговорить позировать обнажёнными. К тому же Сикерт начал рисовать женщин лёгкого поведения не во время убийств Джека Потрошителя, а намного позже, в Венеции, в 1903–1904 годах.

   Не так всё просто и с письмами. Подавляющее большинство писем Джека Потрошителя были глупыми и жестокими шутками. В 1888 году и последующие годы полиция Лондона и редакции нескольких газет и информационных агентств на самом деле получили порядка шестисот писем, в которых автор прямо называет себя Джеком Потрошителем или советует, как поймать убийцу. В этот год написание писем от имени неуловимого убийцы стало на туманном Альбионе национальным развлечением. Почин, возможно, положили сами журналисты. По крайней мере Скотленд­ Ярд считал, что первое письмо написал репортёр по имени Том Буллинг. Полиция даже арестовала двух шутниц и примерно их наказала, но отбить охоты к написанию писем так и не смогла. Только одно письмо, которое больше других имеет шансы действительно принадлежать перу Джека Потрошителя, не было подписано именем убийцы из Уайтчепела. Сейчас оно называется "Письмо из ада”. К тексту письма, пришедшего через три недели после убийства Катерины Эддоус, прилагался кусочек человеческой почки. Автор утверждал, что это остатки почки Эддоус. В газетах тогда не писали, что маньяк действительно вырезал у Катерины одну почку, так что автором письма вполне мог быть настоящий убийца.

   Единственное, что, возможно, доказывают анализы криминалистов Корнуэлл, считают её противники, так это то, что Сикерт тоже поддался всеобщему увлечению и написал одно из фальшивых писем. Но и это вовсе необязательно и тем более уголовно не наказуемо.

   Патриция Корнуэлл подчёркивала важность того, что в пяти письмах автор или авторы, выдававшие себя за Джека Потрошителя, подписывались: "Мистер Немо”. Такой же псевдоним был у Сикерта в юные годы, когда он играл в театре. Но в XIX веке это латинское слово было распространено.

   Нет доказательств и того, что Сикерт с августа по ноябрь 1888 года был в Лондоне (как, впрочем, и противного – считает Корнуэлл). Его местонахождение в дни убийств Джека Потрошителя установить не удалось.

   Есть основания считать, что он в те дни находился в Дьеппе. По крайней мере об этом свидетельствует написанное из Франции друзьям письмо. Всё говорит за то, что в момент как минимум четырёх из пяти убийств Уолтера Сикерта в городе не было. С другой стороны, нельзя отбрасывать возможность того, что он заранее обеспечил себе алиби и ездил в Лондон и обратно на пароме.

   "За” и "против” вины Сикерта много. Но Патриция Корнуэлл уверена в том, что её многочисленных доказательств, собранных за несколько лет, вполне достаточно, чтобы назвать Уолтера Сикерта Джеком Потрошителем. Представляя читателям книгу со своими аргументами и расследованиями, она пишет: "Я поставила на кон свою репутацию, и поэтому, если кто-­нибудь сумеет опровергнуть мои доказательства, я буду чувствовать себя идиоткой и выглядеть абсолютным профаном”.

     Понравилась статья? Оставьте Ваш комментарий или поделитесь статьей в социальных сетях.
                                                          И будет Вам счастье!

Категория: Загадки истории 4221