» » Мышь и Воробей

Мышь и Воробей

Мышь и Воробей

     Жила мышь в степу, а близко был лес. Звали мышь Мышка-Тишка.

   Вот Мышка-Тишка жила год, другой и третий. И днем и ночью все три года Мышка-Тишка бегала по полю, а никак не могла запастись хлебом на зиму. Тpи года засуха была. Посеют казаки хлеб, а он не родится.

   Летом, когда хлебу созревать пора, Мышка-Тишка с утра до вечера трудится - колоски собирает, а зима приходит - есть нечего.

   Три зимы Мышка-Тишка голодала. Прошла третья зима, она думать стала: «Надо весной хлеб посеять!» Надумала и ждет, когда снег совсем сойдет со степу и земля подсохнет.

   Сошел снег, тут-то Мышка-Тишка призадумалась: «Вспашу я землю, а сеять нечем. Пока зерна доставать буду, время сеять пройдет. Где зерна взять?»

   Думала она так да и вспомнила: «Погутарю я с Воробьем. Мажет, вдвоем и посеем. Живет он один, хлеб ему тоже нужен...»

   По суседству Воробей жил. Гнездо у него было в дупле сосны. Сосна на отшибе леса стояла. Он тоже три года мучился. Придет весна - живет Воробей: мошек, жучкох, червячкох много. До самой осени сыт, а зима наступает - есть нечего, урожая нема! Зимой-то он в станицу часто летал. Да в станице своих воробьех много, им тоже нечего есть. Прилетит он, а станичные воробьи прогоняют его, а раз даже побили.

   Прошла третья зима, Воробей думает себе: «Живет тут рядом полевая мышка, погутарю я с ней, может, пшеничку вдвоем-то посеем... Полечу-ка я до ней».

   Надумал Воробей и полетел в степ. Летит он невысоко и видит: Мышка на бугорочке сидит. Вышла она из хатки своей и смотрит кругом.

   Завидела Воробья, встала на задние ноги, а передние к небу подняла и кричит:
- Суседушка, сядь ко мне рядом да погутарим с тобой.

   Сел Воробей на бугорок к Мышке, поздоровкался:
- Здравствуй, Мышка-Тишка.
- Здравствуй, Воробей.

   Воробей ее спрашивает:
- Как живешь, суседушка?
- Плохо, сусед, живу. Урожаю нема, доходов никаких, жить нечем, детишки малые. Уж я не знаю, куда голову приклонить. Детки исть просют, а хлеба нема, взять негде, от станицы далеко живу, а казаки в поле сусеки не строят. Тебе-то хорошо, взял да и полетел в станицу, поклевал да и домонь.

   Воробей послухал Мышку, покачал головой и гутарит ей:
- Ой, Мышка-Тишка, кабы хорошо было... В станице воробьех тьма-тьмущая, им самим нечего исть. Прилетел я зимой, они прогнали меня да еще и побили. Не придумаю, суседушка, как жить буду.

   Мышка ему гутарит:
- Давай, Воробей, хлеб сеять.
- Давай, - согласился Воробей.
- Я пахать землю стану, а ты сеять будешь.

   Договорились они. Мышка-Тишка сказала ему:
- Завтра казаки будут сеять и мы начнем. Я буду землю пахать, а ты – к казакам за зерном. Украдешь зерно, прилетишь, посеешь - и обратно за зерном.

   Наутро рано поднялись Воробей с Мышкой. Мышка-Тишка пашет, а Воробей знай летает до казакох да на свое поле зерно носит. Неделю они так-то сеяли с Мышкой. Посеяли они 12 гектар и мечтают: уродится хлеб и будут они зимовать с блинами, пирогами, в гости будут ходить друг до дружке.

   Посеяли и караулить свое поле стали. Мышка ночью караулила. Ходит по земле и все доглядывает. Воробей днем летает над полем. Всех жучкох, мошек, червячков поклевал.

   Пшеничка взошла, потом колос завязался, цвесть начала, налилась, созрела. Время убирать хлеб. Ну, покосили хлеб, помолотили, провеяли и ссыпали в одну большую кучу все зерна. Вот Мышка-Тишка гутарит:
- Давай, Воробей, делить хлеб.
- Давай. А как мы делить будем? - спросил Воробей Мышку.
- Да так вот и делить будем. У меня четыре ноги, Воробей, а у тебя две. Мне четыре меры, а тебе две. Вот и поделим по-божески.

   Воробей не согласился.
- Нет, Мышка-Тишка, это не по-божески. По-божески, когда мы поровну разделим.
- Поровну делить нельзя, - гутарит Мышка.

   Воробей стал убеждением действовать на Мышку:
- Ты работала и я работал, с поля вмeсте уходили, - значит, и делить поровну.

   Мышка-Тишка подумала и сказала:
- Нет, так делить нельзя. Надо поделить, как я гутарю. У меня четыре ноги работали, а у тебя – только две. Мне четыре меры, тебе – две.

   Воробей разобиделся и кричать стал:
- Ног-то у меня две, а крылья? Они тоже работали. Два крыла, две ноги – будет четыре! Поровну дели, по-божески!

   Мышка ему отвечает:
- Да ведь, Воробушек, крылья при работе не нужны. Они ничего не делают. А вот ноги - это другое дело. Не будь у меня четырех ног, я не вспахала бы землю. Лошади тоже о четырех ногах. Вот так и будем делить, как я гутарю.

   Долго они спорили, а потом поругались. Мышка назвала Воробья вором. Воробей Мышь обругал. Подрались они. Три дня дрались, так и не поделили свой хлеб.

   На четвертый день Мышка-Тишка пришла со своими детьми и стала носить зерно в свою хату. Воробей тоже стал носить зерно к себе в дупло. Мышка полные сусеки насыпала хлебом, а Воробью мало досталось. Рассердился он и полетел до Орла заявлять на Мышь. Прилетел он до Орла и гутарит:
- Сеяли мы с Мышкой хлеб. Убрали с поля пшеницу, помолотили, а Мышка стала делить не по-божески: себе - четыре меры, мне - две, а потом меня обозвала вором и все зерно себе в сусеки ссыпала.

Орел принял заявление.

Мышка побегла до Медведя с жалобой на Воробья.

   Прибегла и гутарит:
- Накажи Воробья, Медведь-батюшка! Хлеб мы с Воробьем сеяли. Я пахала, он сеял. Вырос хлеб - стали делить. Я ему две меры дала, а себе – четыре: у меня четыре ноги работали, а у него две. Не хотел он так поделить. Дрался со мною.

Медведь принял жалобу.

   Прилетел Орел до Медведя. Гутарили они, гутарили. Орел свои права, а Медведь свои права защищает. Поругались они и войну друг дружке объявили.

   Прошло там сколько-то время. Собрали войска Орел и Медведь и стали драться. Резко они дрались. День дерутся, другой, третий. Звери побеждать стали войска Орла. Неделю дрались: вcex птиц поубивали. Осталось несколько в живых. Живыми остались Орел и Воробей. Не утерпели они войны и улетели. Орел до себя улетел, а Воробей до себя.

   Медведь видит, что Орел с Воробьем улетели, собрал зверей и гутарит:
- Вот, звери, правда победила! Теперича Мышка должна пир созвать на весь мир.

Мышка на радостях стала звать к себе на пир.

   Прибегла домонь Мышка-Тишка, стала пшеничку молоть. Мелет, а сама думает: «Напеку пирогов, блинов, катламок, угощу Медведя-батюшку да зверей».

   Думает она, а тут гром ударил. Тучи всю степ накрыли. Пошел дождь. Три дня дождик лил. Затопил степ и хатку Мышки-Тишки залило. Мышка-то и потопла.

   А Воробей поправился. Cтал он жить-поживать и добра наживать. Я к нему в гости ходила. Напек он блинов, катламок, меня угощал.



Казачьи сказки 1078